Статья

Центр креативных индустрий SVOBODA2, Челябинск

Интервью с Алексеем Грачевым

Как из завода по производству оргстекла сделать творческий кластер? Как сделать завод в центре города привлекательным? Как раскрутиться на начальном этапе? Об этом в рамках проекта «Исследование индустриальности» рассказал Алексей Грачев, собственник центра креативных индустрий SVOBODA2.

— С чего началась история центра креативных индустрий SVOBODA2?

— Началось все с реконструкции предприятия. В двухтысячном году мы выкупили завод и запустили производство оргстекла. Экономическая ситуация, как нам казалось, позволяла выйти на высокую рентабельность, потому что конкурентами для нас были в основном иностранные производители, но у них цена была намного выше. Соответственно когда мы просчитывали бизнес-план были уверены, что все получится, но как только запустились, Дзержинский завод на сорок с чем-то процентов снизил цену, т.е. цена на внутреннем рынке сразу на сорок процентов упала. Ситуация была такая: производительность каждого из двух заводов — три тысячи тонн в год, а фактически потребность российского рынка в сегменте литьевого оргстекла колебалась в районе пятисот тонн. То есть, каждый завод по своим мощностям в несколько раз перекрывал потребности страны. И что делать, когда при таких потребностях рынка главный конкурент демпингует? Какая перспектива? Экспорт? Мы решили просто сохранить кадры, потому что у нас, в отличие от Дзержинска, не химический город. Ведь завод с 1995 года был на стадии банкротства и фактически не работал.

— И вот здесь появилась идея создать творческий кластер?

— Нет, сначала произошло еще одно событие экономического порядка. С июня по декабрь две тысячи четвертого года цена на нефть поднялась почти в два раза, соответственно наше основное сырье в составе оргстекла — метилакрилат, тоже подорожал в два раза. Это был прямой продукт в нефтехимии и у нас себестоимость продукции поднялась на пятьдесят процентов. В итоге в две тысячи пятом году мы доработали остатки сырья и остановили производство. Тогда и встал вопрос, что с этим делать? Это центральный район Челябинска, хотя его никто не воспринимает как центр города, потому что вредное производство и вокруг на триста метров защитная зона. Территория не освоена, инфраструктуры нет, транспорта нет, пешеходных дорожек нет... но пришла идея — девелопмент. Решили рискнуть. Посмотрели на опыт Москвы, Екатеринбурга и Европы. Нашли партнера в лице международной консалтинговой компании Collins International, которая должна была изучить нашу ситуацию и предложить варианты развития. У нас уже были согласованы условия договора первого этапа... и тут грянул кризис две тысячи восьмого года. Мы взяли паузу и она затянулась на пять лет.

— И какая идея была основной спустя пять лет?

— Тогда в Москве уже появились ArtPlay и «Винзавод», мы туда съездили и решили остановиться на варианте «коммерческая недвижимость», но в рамках наших стен, чтобы сделать что-то оригинальное в стиле «лофт». Нашли схему финансирования, но тут в состав РФ возвращается Крым, Запад вводит санкции, а банки прекращают финансирование подобных проектов. Мы, соответственно, опять берем паузу. И только в 2017 году мы окончательно решили сделать на нашей территории творческий кластер.

not loaded

— На кого вы ориентировались?

— У нас был договор с московским креативным кластером «Флакон». Также мы проводили рабочие встречи с ArtPlay.

— Это была ваша идея или вас власти подталкивали?

— Нет, власти не подталкивали, а только спрашивали у нас, что планируется.

— Был какой-то образ результата?

— В Москве видели результаты. В Европе посмотрели. Например, в Амстердаме очень много объектов бывших промышленных выведенных за территорию города, которые обжиты, которые адаптированы, мы очень много этого видели, впитали это глазами и понимали, что там это делает государство, а здесь это надо делать на собственные финансы и рассчитывать только на себя.

— Когда появились основные направления деятельности?

— Мы занимаемся сдачей в аренду помещений, казалось бы, ничего нового, но стоимость, ставка арендная, была в три раза меньше, чем сейчас. И дело не в деньгах, а в том, что в нашем проекте действительно много новых вопросов, потому что это совершенно другой формат. Если сейчас взять любой офисный центр А, B или C класса, то нас, по формальным признакам, можно сравнивать с С-классом — старые здания, где-то даже ремонт не делается, в лучшем случае фасад отремонтируют. А у нас, кроме внешней стороны, есть еще идея, что это общественная территория, где можно не только получить необходимую услугу, но и творчески поработать, найти для себя что-то новое или просто попить кофе на лавочке в необычной обстановке.

— Вы эту концепцию разрабатывали сами, на основе впечатлений, или «Флакон» все-таки помогал?

— Как «Флакон» говорит, нас когда приглашают разработать концепцию, у нас везде получается «Флакон». Каждый такой старый завод, преобразованный во что-то, он уникальный. Просто у «Флакона» очень большой опыт изучения этого рынка в России. И они ближе к медиа, например, телеканал «Дождь» работает у них. И много чего связано с телевидением, с фото. Разве в Челябинске я могу найти таких резидентов в достаточном количестве? «Флакон» сделал предварительные расчеты, анализ. При этом они говорили, что мы делаем расчет, но как будет все развиваться зависит от каждого резидента, от каждого человека, который будет сюда заходить, и вы будете подстраиваться под них каждый раз, и это реально так.

— Сколько сегодня у вас резидентов?

— На сегодняшний день у нас два блока — это новые резиденты, или как мы их называем «творческий кластер» — их порядка восьмидесяти, и коммерческий блок — это те, которые там зашли к нам лет десять назад. В какой-то момент мы будем прощаться с коммерческими арендаторами. Мы разговаривали с ними об этом еще два года назад, чтобы они были готовы.

— Что нужно сделать, чтобы завод в центре города стал привлекательным?

— В первую очередь приходят те, кто еще не очень где-то вложился «на веки вечные». Скажем, человек купит в собственность квартиру в жилом доме и переведет ее в нежилое помещение, сделает мастерскую. У него уже свои клиенты, привычная обстановка... съезжать не хочется. А кто-то наоборот... где-то снял «угол», не понравилось... появляется желание переехать в другое место. Наша концепция как раз для таких, кому кроме «угла» нужен еще и приятный пейзаж и сообщество близких по духу людей.

— Что помогло вам раскрутиться на начальном этапе?

— Мы дали информацию в социальных сетях, сделали наружную рекламу и провели презентацию проекта, на которую пришли человек двести. Среди них были заместители главы администрации, главный архитектор города, ну просто мы с ним знакомы. Но ключевую роль сыграли люди, которые известны в Челябинске как представители творческой молодежи. Они вовлекались в этот проект, загорелись именно теми примерами, которые известны в Москве и возможностью сделать что-то подобное в Челябинске. Можно сказать, что сработало сарафанное радио.

not loaded

— План был реализован под заявки?

— На 1 июля 2017 года у нас было порядка 40 заявок, но фактически из них только четыре резидента сказали: «Мы готовы к вам заехать хоть завтра». Нам пришлось опять взять паузу, еще полгода не начинали работать.

— И как нашли нужное количество резидентов?

— Решили, что начнем с какого-то пространства. Если никто не пойдет, сделаем один этаж и будет кластер не в рамках всего завода, а в рамках какой-то ограниченной территории. Но пошли дальше с ремонтом и когда люди визуально увидели как это будет выглядеть вживую, они уже не просто заинтересовались, но и захотели у нас работать.

— Давайте представим, что я к вам зашел без особых условий. Сколько буду платить за квадратный метр?

— В зависимости от места, от площади. У нас ведь очень разные площади. Где-то 350–400 рублей за метр, если мы говорим про нижний уровень шестиметрового пространства. Но есть помещения и по 150 рублей за квадрат. Сейчас антресольный этаж достраиваем... мы даем льготу, поэтому если сложить 350 за одну площадь и 150 за другую, то получится цена в районе 270 рублей и это действительно хороший ценник для творческих молодых компаний.

— Чисто технически трудно было сделать ремонт в здании, с которого вы начинали?

— Пространство, с которого мы начали, было свыше тысячи квадратных метров. Шесть метров потолок, глубина здания двадцать пять метров…. Мы снесли перегородки, сняли штукатурку. Конструктив здания такой, что несущими являются колонны, на которых лежат ригеля. Зачистили все старое, сняли краску, убрали бетонную стяжку пола… Потом, когда мы перешли на этаж ниже, люди уже заехали на третий этаж. Это был очень сложный период, резиденты просто стонали, нам приходилось льготы всяческие давать. Так вот по этой стяжке... люди начали работать, через два дня говорят: «Вы знаете, какая у вас там стяжка?» Мы, говорят, такого бетона не встречали, у нас техника не берет... В результате эту стяжку делали не две-три недели, как было запланировано, а несколько месяцев.

not loaded

— Какие мероприятия проходят в вашем творческом кластере?

— Мероприятия у нас проходят регулярно. Например, приехал самый известный блогер в России Илья Варламов. Там, правда, партия «Яблоко» проводила свою кампанию, но на разогреве Варламов. Что касается наших резидентов, которые что-то делают, проводят, то они организуют ярмарки... Обычно один выступает инициатором и подтягивает всех, кто здесь живет... получается круто. А еще на льготных условиях у нас работает театр — подразделение известного в Челябинске студенческого театра «Манекен». У них такие нестандартные подходы! Фактически мы с них аренды не берем…

— На льготных условиях у вас много людей?

— Достаточно много. Во-первых, это социально значимые резиденты, а во-вторых — те, в которых есть элемент притяжения, как упомянутый выше театр. Они проводят периодически какие-то фестивали, выступления…

— Большая команда у вас занимается этим проектом?

— Офисную часть составляют три человека... и еще два менеджера. Один из них занимается продвижением в социальных сетях.

— А вопросами архитектуры и дизайна кто занимается? Или привлекаются специалисты со стороны?

— Где как, иногда привлекаем, но многое и сами придумываем. Скажем, у нас есть пространство, высота четырнадцать метров, можно сказать куб... и нам не хочется заполнять его как соседние помещения — там надо выставки проводить! Мы обратились к легендарной личности — Льву Гутовскому, он же в Челябинске возглавлял Центр современного искусства, он посмотрел и согласился, что здесь должен быть Музей современного искусства.

— У вас вся коммуникация идет через соцсети и сайт?

— Своя группа, свои чаты… Недавно были строители, они работы вели в выходные в ночное время и какую-то вонючую краску использовали — ее потянуло по коридорам, ну, в общем, чат взорвался. Несмотря на выходной, мне пришлось приехать лично.

not loaded

— Кроме «Флакона» у вас есть еще партнеры, которых вы бы назвали ключевыми для себя?

— Знаете, была такая мысль... допустим, есть какой-то условный лектор, который готов ездить за небольшой гонорар, может быть для собственной раскрутки. И если бы он выступил не только у нас, а в десяти подобных центрах по всей стране, то получилось бы и выгодно и интересно. Но идея пока не нашла должной поддержки... все думают.

— Из этих центров с кем-то поддерживаете отношения?

— Мы просто знакомы, не более.

— Какие ближайшие планы?

— Прежде всего, коворкинг. Сейчас большой спрос на маленькие помещения.

— Отношения с властными структурами как-то по-особому строятся или как всегда?

— Да наверное как всегда, в ладоши хлопают, но как что-то сделать... «вопрос решается», «вопрос в стадии решения», «нет финансирования»... Мероприятия сюда они не заводят... это показатель. Не хотят к нам пускать общественный транспорт... «следующая улица в пять раз оживленнее, поэтому туда весь транспорт». Мы говорим, что у нас резиденты, значимость для города… и чем выше начальник, тем больше он понимает глобальность вопроса, что да, это надо, но ничего не происходит и получается бесполезный разговор.

— То есть, со стороны властей нет никакой поддержки?

— Ну да… ее пока нет на самом деле.

— У вас сменяемость резидентов частая?

— Разные бывают, но часто они не меняются, это точно. Основная причина ухода — люди закрывают бизнес. Например, съехало одно брендинговое агентство, они сказали, что в Челябинске не понимают, что такое бренд, не понимают, что это ценность...

not loaded

— Основной возраст резидентов?

— В основном молодежь от 25 до 35 лет.

— Это все коммерческие организации?

— Нет. Вот над нами сидят урбанисты наши... челябинские урбанисты, известные... У них общественная организация.

— А за день сколько человек проходит через Центр?

— Как-то считали, получилась цифра в семьсот человек, но это вместе с арендаторами.

— У вас есть какие-то четкие планы развития условно говоря на год?

— Какой-то минимум с точки зрения строительных работ мы конечно сделаем, а по заселению резидентов это непредсказуемое действие. И здесь много эмоциональных составляющих. Люди к нам попадают, говорят: «Хочу все, составляйте договор!» Потом что-то не складывается... начинают считать деньги, сомневаться в своих силах.

— У вас тут такая подъездная дорога, мягко говоря, не очень...

— Так ее еще и перекрыть могут. По проекту к нам будет асфальтированная нормальная дорога, но непонятно, как там с освещением и тротуаром... Мы это с администрацией согласовываем, но они нам одно говорят, а что у них на уме вообще не понятно.